С.Н. Паховский

ЭХО УЩЕЛЬЯ МАРМОЛЬ

В 1980 году С.Н. Паховский закончил Рязанское высшее воздушно-десантное командное Краснознаменное училище. 28 октября 1981 года через понтонный мост возле Термеза, командуя взводом 154-го отдельного отряда специального назначения 15-й отдельной бригады специального назначения, вошел на территорию Афганистана. Отряд располагался на севере страны, в районе Мазари-Шарифа, и выполнял боевые задачи по реализации разведданных, обеспечению безопасной работы газопровода, топливопровода из Термеза в Пули-Хумри, штурму укрепленных районов душманов.

В 1989 году закончил разведывательный факультет Военной академии имени М.В. Фрунзе.

С 1989 по 1990 гг. – командир отряда специального назначения, заместитель начальника штаба обрСпН (г. Лагодехи, ЗакВО).

Полковник запаса. Кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды.

В настоящее время – начальник отдела муниципального контроля Земельного комитета администрации г. Екатеринбурга.

 

Часто спецназу в Афганистане в 1982-1983 годах приходилось действовать на направлениях главного удара армейских операций. Примером тому может служить Мармольскаяоперация.

СТРОИТЕЛИ В РОЛИ «НЕВЕРНЫХ»

Основной ее причиной стало бандитское похищение шестнадцати граждан СССР, работавших на строительстве хлебозавода в Мазари-Шарифе. 1 января 1983 года они возвращались в советский поселок после трудового дня. Душманы перегородили дорогу «барбухайкой» и остановили автобус. Применив оружие, насильственно захватили рабочих и увели в горы.

В городе Мазари-Шарифе была сформирована оперативная группа поиска. Целый месяц шли напряженные поиски. Ведение поисковых работ осложнили тяжелые погодные условия, не позволявшие применять авиацию.

В первые же дни поисков, 3 января, в русле горной речки, недалеко от Мармоля, был обнаружен труп одного из захваченных наладчиков завода. Остальные – словно провалились. По приказу командующего 40-й армией 30 января в горах за кишлаком Мармоль был высажен первый десант. Вскоре десантники захватили и доставили пленного, которого удалось «расколоть». Он показал, что в кишлаке Вардак в доме муллы видел с десяток пленных «шурави».

Немедленно в Вардак вылетела десантная рота и 50 сотрудников ХАДА (афганская служба безопасности). Во время высадки десанта из дома муллы был открыт мощный стрелково-пулеметный огонь, а «духи» поспешно начали отступать в горы. Перед этим они успели расстрелять специалистов, но в спешке убили пятерых, а троих ранили и не успели добить. Как рассказали освобожденные советские рабочие, их захватили с пропагандистской целью и впоследствии должны были казнить. Руководитель банды демонстрировал захваченных населению, выдавая их за «летчиков», бомбивших афганские кишлаки, и призывая при этом к «священной» войне с «неверными».

ПРИКАЗ: НАЙТИ И УНИЧТОЖИТЬ

Маршал Соколов, находившийся в это время в Кабуле, приказал провести операцию по уничтожению банды Забибулло, командующего Северным фронтом борьбы с советскими войсками. По данным разведки тот спешно мобилизовал только из местных кишлаков 1300 боевиков. И именно он, Забибулло, организовал операцию по похищению специалистов.

По замыслу штаба армии операцию предусматривалось провести высадкой десантов для перехвата путей выхода из Мармольского ущелья, а также непосредственным уничтожением живой силы противника и его материальных средств, находящихся в ущелье.

Мармольское ущелье для наших войск считалось неприступным с самого начала афганской кампании. «Как такового входа в ущелье и не было, – вспоминал И.Ю. Стодеревский, командир 154-го отдельного отряда спецназа. – Весь вход занимала водная поверхность искусственно разлившейся горной реки. А с выдолбленных в каменной складке огневые точки били неуязвимые ДШК и пушки».

23 февраля, почти через месяц после освобождения специалистов, началась военная операция. Но началась она не со штурма укрепрайонов в ущелье, а с зачистки ближайших к Мазари-Шарифу кишлаков. Советские войска действовали стремительно: на вертолетах высаживался десант, захватывались основные высоты и уничтожались бандформирования. Через неделю были выброшены десанты вокруг района боевых действий на маршрутах выхода из этого каменного мешка. В течение всей операции этим подразделениям пришлось в суровых зимних условиях высокогорья (2 500 метров над уровнем моря) держать оборону и пресекать отход мятежников. Почти весь отряд спецназа, около 300 человек, под командованием майора Стодеревского, прибыл для участия в операции.

ПРОРЫВ «МУСУЛЬМАНСКОГО ФРОНТА»

Боевые действия проходили в сложных климатических условиях: дул сильный ветер и шел снег; в горах в такую погоду очень нелегко. Активные боевые действия в районе ущелья продолжались девять суток, из которых неделю наши воины продвигались под сплошным огнем противника буквально по пятьдесят метров в сутки. У «духов» в горных складках ущелья было много долговременных огневых точек, хорошо замаскированных в пещерах, выдолбленных в монолитных скалах. В этих же пещерах, соединенных тоннелями, располагались богатейшие склады с оружием, боеприпасами, снаряжением, медицинским имуществом и продовольствием. Все эти материальные средства предназначались для обеспечения мусульманского фронта, воевавшего с «шурави» на севере.

Уничтожение этих складов и было одной из задач операции. Но захватить и уничтожить их было очень сложно. Даже авиация не могла эффективно поражать огневые точки противника. Поэтому главное слово должны были сказать солдаты спецназа, прорывавшиеся в ущелье по земле. Авиация, вертолеты, артиллерия две недели долбили и утюжили, кромсали и колошматили, накрывали огнем и матом все, что могли, но все без толку. Длина ущелья 1,5 км, да вход в него всего-то метров 20. Снайпера каждый камешек пристреляли, а скалы – монолит, им снаряды все равно что иголкой по стеклу царапнуть. Не раз бросались спецназовцы на штурм, хлопцы отчаянные, таких еще поискать, да напрасно: каждый раз ущелье огрызалось кинжальным огнем замаскированных узлов обороны.

Во взводе Паховского каждые два дня личный состав обновлялся. Убитых, слава Богу, не было, но ранены почти все. Командира тоже зацепило – касательное пулевое ранение правого колена. Остался взводный, как говорится, в строю: заменить некем, да и дело принципа уже «духов» взять, не заколдованное же это ущелье в самом деле!

СПЕЦПРОПАГАНДИСТ АЛЛА ПУГАЧЕВА

Каждый вечер «духи» в ущелье начинали петь свои молитвы. Ветер в сторону десантников – слышимость отличная. Поют всю ночь. Ни днем покоя от них нет, ни ночью. Решили в ответ, так сказать, дать им тем же концом по тому же месту. Подтянули нашу родную попсовую «артиллерию» – спецпропагандисты притащили откуда-то пару мощнейших колонок в человеческий рост и каждую ночь стали «бомбардировать» противника песнями Аллы Пугачевой. «Арлекино», «Миллион алых роз» и другие хиты обрушились на головы душманов сокрушительным ураганом. Мало кто такое может выдержать. Паховский, например, до сих пор эти песни слушать не может.

КАК СОЛДАТСКАЯ СМЕКАЛКА УЩЕЛЬЕ «РАСКОЛДОВАЛА»

Как всегда, выручила солдатская смекалка. Придумали план. Рискованный, конечно, да разве можно на войне без риска? Как говорится, тот не пьет шампанского! Дождались, когда ветер подул в сторону ущелья. Под огнем духов подогнали как можно ближе ко входу в ущелье танк, включили термо-дымовую аппаратуру. Через пару минут – света белого не видно. Пока духи с испугу лупили в него почем зря, как в копеечку, проскочили самое узкое и опасное место, а там уж «кто не спрятался – я не виноват».

Утром ворвались, к обеду вместе с пехотой каждую пещеру наизнанку вывернули. Рядом с командиром сражались и его подчиненные заместитель командира взвода старший сержант Виктор Щеголев, пулеметчик рядовой Салават Ташбулатов и другие. Командир отделения сержант Александр Жуков в паре с товарищем метров на семьдесят вперед вырвались, залегли и огнем обеспечивали продвижение взвода. Мощный огонь духов возобновился с новой силой. Комбат решил подстраховаться и дал команду «Назад!». Но «вернуться на исходную» – означало бросить подчиненных на верную смерть. И тогда спецназ бросился вперед. У входа в пещеры лежали убитые душманы, прикованные цепями к ДШК: они стреляли до последнего.

ТРОФЕИ КРАСНЫХ СКАЛ

Разведчики вспоминали, что все переходы из одного складского помещения в другое, а также лестницы были выложены из пустых корпусов авиабомб. Подземную систему хранения и огневые точки связывала прекрасная телефонная связь. В сложных лабиринтах подземной крепости наши солдаты обнаружили помещения двух тюрем, где взору предстали страшные средневековые приспособления для пыток заключенных. На пыточных козлах висели бездыханные тела трех афганских военнослужащих, попавших в плен к мятежникам, с вывернутыми в суставах руками и ногами, изуродованные.

В самом ущелье обнаружили большой автопарк. На стоянках стояли громадные грузовые автомобили типа «Татра», «КамАЗ», среди них сиротливо затерялись два «УАЗика». При осмотре техники всех удивило ее хорошее техническое состояние. Хотя во время боев машины получили повреждения, но заводились с «пол-оборота».

В казематах нашли мощные японские отбойные молотки, с помощью которых и была сделана горная крепость. После вскрытия всей обороны мы долго не могли найти склады с оружием и боеприпасами, они оказались очень тщательно замаскированными. В складах обнаружили много разного: одних только ДШК было 8 штук, 6 минометов. 20 тысяч боеприпасовк ДШК и многое другое... Завершили операцию 20 марта. Оценивая эту операцию, могу отметить, что потеряли мы за месяц 5 человек убитыми и около сотни раненными.

За этот бой многих солдат и офицеров представили к правительственным наградам. На старшего лейтенанта С. Паховского написали представление на орден Красного Знамени и на капитанское звание досрочно. Но «мудрые» кадровики рассудили иначе: представление к досрочному званию «наверх» не послали по причине того, что два раза поощрять за один подвиг вроде как многовато будет, а представление на Красное Знамя где-то в ящиках канцелярских столов затерялось – «недавно вроде как на Красную Звезду посылали, заморочка можетвыйти». Ну, им-то, конечно, виднее. Паховский не спорил и запросов в вышестоящие инстанции не посылал: шла война, других забот хватало.

ДЕВЯТНАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Благодаря Председателю Комитета по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств Содружества Независимых Государств Руслану Аушеву и руководителю Екатеринбургской городской организации инвалидов войны в Афганистане Михаилу Горюнову, эхо ущелья Мармоль вновь догнало Сергея Николаевича. Ему, пусть и с опозданием, но торжественно вручили «затерявшийся» в чиновничьих коридорах орден Красного Знамени. Вновь из прошлого пахнулопорохом, вспомнились боевые друзья. Это и их орден. Ведьвсе мы сражались под одним Знаменем.